Администрация библиотеки желает вам приятного чтения 19 страница

— Из Первоуральска — говоришь? И что ты тут делаешь? — перебил его Сергей.

— Я приехал груз проконтролировать. Железнодорожный вагон… Здесь его должен был Олег принимать. Ну Олег Бэмби. Вы его знаете. Во всяком случае Кудря его знал. Но он… Короче, мы ему не доверяли, и как оказалось — правильно. Он с моей сестрой снюхался, еще там, в Первоуральске. Она у нас в бухгалтерии сидит. Хитрый мужик, такой проныра! Хотел выведать, куда мы золото переправляем, левак. Ну она-то не в курсе была, что мы его вели. У них там любовь и всякое такое. Короче, он узнал через нее лишнее и решил со своим братом, с этим…Андреем, поживиться, груз присвоить. Его и убили…Сначала на меня думали, потом на ворыпаевских. Это вы?

— Ты давай рассказывай, — жестко оборвал его Сергей. — Здесь вопросы задаю я. Так Куренной вместе с Олегом собирались груз брать?

— Ну да…Мы наняли Олега, чтобы он его охранял… Когда вагон перецепляют, всякое может случиться. Эти земли не наши. Ваших порядков мы не знаем. Подумали — он человек местный, поможет. Не задаром же…А он брату доложил.

Один из братков скорее подтвердил, чем спросил:

— Так шо, Олежка на два фронта работал — шо ли?

Турецкий пожал плечами — дескать, понимайте как хотите, а мое дело крайнее.

Сергей продолжал расспросы:

— А шо это за сцена в садку была?

— Они от меня все подробности хотели узнать. Олег не все им рассказал, не успел.

— А ты?

Турецкий сдвинул плечами.

— Все сказал…А что было делать? Ну сначала они меня отпустили. Потом, видно, подумали, что лучше меня убрать. Я же им теперь совсем не нужен. Информация у них есть, а я получаюсь как бы лишний. Олежки-то нету, где мобила — неизвестно. Наши охранники начнут звонить, не дозвонятся и что подумают? А чтобы я не рассказал нашим об Олежке, мне нужно было закрыть рот. Когда Димон меня догнал, я сразу понял — неспроста он нарисовался, ему поручили убрать меня. Жаль, не сразу сообразил, что такой поворот может произойти. У меня и оружия никакого не было. Если бы знал, хоть камень какой подобрал бы…Я уже успел и с жизнью проститься. Спасибо, вы подоспели, спасли меня.



Сергей хмыкнул.

— А шо ты хотел? Шоб они тебе в ножки до конца жизни кланялись? Все правильно, ты теперь пустое место. А чего ж ты сюда один приехал?

— Откуда мы знали, что у вас тут такой Дикий Запад? Мы работяги, наше дело работать и деньги зарабатывать. А конвоиры вагон сопровождают. Там серьезные парни, с арсеналом, — приврал Турецкий с дальним прицелом.

— Шо-то ты слишком интеллигентно базланишь, работяга.

— А я и есть интеллигент. Бывший. Потом в охране работал. А приперло — работягой стал. Жить все хотят…

Турецкий спокойно смотрел на Сергея, поскольку его собственная версия последних событий звучала вполне логично и правдиво. Но что-то в его словах не понравилось Сергею, что-то не учел Александр, потому что главарь банды уже смотрел на него недоверчиво, и уже в его интонации появилось раздражение и Турецкий понял — почему-то бандит потерял к нему всякий интерес.



— Ну шо лупаешь? — Сергей уже все взвесил и принял решение. — Выводите его, — обратился он к ворыпаевским будничным тоном, словно дал команду вывести Турецкого на прогулку.

— Подождите…На хрена вы тогда меня спасали? — Турецкий понял Сергуна абсолютно правильно. Не на прогулку тот собирался вывести залетного гостя. Все, что он хотел — узнал, а лишний информатор всегда бывает лишним.

Ворыпаевские уже открыли дверцу машины и один из них сжал предплечье Турецкого, собираясь выволакивать его из машины, но бывший интеллигент оказался сильнее, чем тот думал. Он вцепился руками в переднее сиденье и надо было приложить немалые усилия, чтобы оторвать его руки.

— Может, хоть у тебя есть голова на плечах? — Турецкий изобразил на лицо отчаянье, обращаясь к Сергею. — Я знаю про их планы. Они собираются на сортировке вагон брать.

РќРµ РІСЃРµ еще, оказывается, выложил нездешний, что-то хотел утаить. Рђ теперь зашугался Рё спасает СЃРІРѕСЋ беспонтовую жизнь. Расчет Сергуна был верный, Рё РѕРЅ едва сумел скрыть довольную ухмылку.

Один из ворыпаевских тихо, но так, что Турецкий услышал, сказал второму:

— Все путем!

— Я знаю номер вагона… — продолжал Турецкий.

— Я тоже, — невозмутимо ответил Сергей. — Выводите его.

— Стой! Я могу сделать так, чтобы вагон открыли без шума. Там трое охранников, я их знаю, это наши ребята. Если я их попрошу, они откроют. Они в курсе, что я за Олежкой должен проследить. Вам же лишний шум не нужен. Они хорошо вооружены, если вы ломанетесь — без стрельбы никак не обойтись. Жертвы вам ведь тоже не нужны. А замки там крепкие…Сами понимаете, не картошку везем. Не взрывать же вы будете вагон…

Повисла пауза, браток разжал свои пальцы на руке Турецкого.

— Это ты им тоже предлагал? — спросил наконец Сергей.

— Не успел, — признался Турецкий.

— Как тебя зовут?

— Антон…Антон Плетнев.

Сергей кивнул браткам.

— Расстрел отменяется. Сидайте РІ машину. Будем действовать РїРѕ РЅРѕРІРѕРјСѓ плану. Рђ ты…» РѕРЅ РѕРєРёРЅСѓР» Турецкого недобрым взглядом — СЃРёРґРё тихо. И смотри РЅРµ наложи РІ штаны СЃ переляку. Рђ то РІСЃСЋ картину нам испортишь. Интеллигент хренов…

Братки рассмеялись. Турецкий растирал плечо, удивляясь цепкости хлипкого с виду ворыпаевского братка. Тот насмешливо наблюдал за ним и его хитрый колючий взгляд удивительно напоминал взгляд хищного зверя, который решил позабавиться со своей жертвой и теперь ожидает, что же она предпримет для своего спасения.

Бондарев помогал составить заявление Ане Слепцовой, девушке весьма решительной, но явно напуганной.

— Вы только постарайтесь вспомнить — кроме длинных белых волос и неестественно длинных ногтей что-нибудь привлекло еще ваше внимание в грабителе? — спросил он у Ани, когда она составляла его описание.

— Курточка на нем была с капюшоном, черная. Такая мягкая, как кофта. Многие ребята в таких ходят. Кстати, она как-то странно блестела, я еще подумала, что из клеенки. А потом, когда он упал и я вырвала у него цепочку, случайно дотронулась до рукава и поняла, что это обыкновенная ткань, флис называется.

— А почему же она блестела? — удивился Бондарев. У него у самого была флисовая курточка, но мягкая, без всякого блеска.

— Грязная очень, залоснилась. Оттого и блестела. Я это потом уже поняла.

— На ней были какие-нибудь надписи?

— Да, уроды нарисованы, с длинными волосами, на головах рога, в руках гитары. Ну те, как их, которые в прошлом году на конкурсе Евровидения первое место заняли.

— А-а, вспомнил Бондарев, — я знаю, о ком вы говорите, только забыл название группы. Они из Скандинавии, такие монстры…

— Точно, «Монстры». Этот как пасть ощерил, тоже на монстра стал похож. Зубы у него такие плохие, кривые.

— Не клыки? — уточнил Бондарев. Вот еще одна деталь добавилась в описании Крюгера. Бондарев не удивился бы, если бы и зубы у него были накладные, вполне вписывалось в его образ привидения, который так подробно описала одна из потерпевших.

— Да нет, свои, обычные, только криво растут.

— А как вам показалось — волосы у него свои или парик?

— Скорее всего свои. Я когда ему из баллончика в лицо прыснула, он от неожиданности отпрянул, потом на асфальт рухнул. Парик упал бы, наверное, с головы.

— А ногти? Не железные?

— Вы думаете, у меня глюки? — обиделась Аня. — Я же вам не вампира из фильма ужасов описываю. Обычный парень, длинные волосы, свои длинные ногти, свои кривые зубы… Урод уродом. Еще и грязный. Между прочим, чуть нос мне не сломал.

Нос действительно был опухший, но уцелел. Девушке повезло.

— Вам повезло, — так и сказал ей Бондарев. — Этот тип опасен. Он на своих жертв сзади нападает, в спину втыкает шило или что-то в этом роде. Одну старушку чуть на тот свет не отправил.

— Ужас! — округлила глаза девушка.

— Если бы не ваше описание, я бы подумал, что на вас кто-то другой напал. Потому что для этого просто двинуть в зубы — нетипично.

— Спасибо ему огромное, — язвительно заметила девушка. — Но насколько я помню из учебников по криминалистике, если в районе появляется маньяк, правоохранительные органы должны предупредить население.

— Вы где учитесь? — перебил ее Бондарев. Ему не понравился ее нравоучительный тон и высокомерие, которое она позволила себе допустить в разговоре со следователем, то есть с ним лично.

— В Институте землеустройства.

— Я же не учу вас, как надо устраивать… На кого вы там учитесь?

— На юрфаке, на первом курсе.

— Где теперь только нет этих юрфаков, — пробурчал Бондарев. — Столько юристов расплодилось, а где потом работу будете искать?

— Да уж найду, — девушка тоже осталась недовольна сотрудником милиции, который вместо того, чтобы посочувствовать, пообещать, что немедленно примется за поиски грабителя, едва не сломавшего ей нос, выражает свое недовольство. И то только потому, что она подсказала ему, как нужно действовать.

— Но ближе к делу. Мы приступили к оповещению населения. Но поскольку все нападения были в одном и том же районе, обошли все школы, колледжи и прочие учебные заведения этого района. Не поднимать же панику по всей Москве.

— Вот именно, не поднимать же панику! — иронично ответила вредная девушка. — А если я учусь в Бауманском районе, а живу в Медведково, где орудует ваш маньяк, откуда мне знать, что надо быть начеку? А если бы вы оповестили учебные заведения и в Бауманском районе, я хотя бы психологически была готова.

— По ночам девушкам вообще не рекомендуется ходить в одиночку, — нравоучительно изрек Бондарев.

— Послушайте, товарищ Бондарев, я, между прочим, в одиночку отбилась от грабителя, принесла вам заявление с его описанием и даже помогла составить фоторобот. И раз вы уже оповестили жителей нашего района, то мой скромный вклад очень поможет местной милиции.

— Ну, вы, конечно, молодец, ничего не скажешь, — пошел на попятную Бондарев. А сам подумал: ну и языкастая. Интересно, кем она мечтает быть — адвокатом или прокурором? Скорее всего прокурором, судя по ее замашкам.

— Спасибо за то, что пришли с заявлением. Вы очень помогли следствию, искренне вам говорю, — все-таки сумел он скрыть свое раздражение и поблагодарить будущую юристку.

— Да ради Бога, — ответила девушка. — Но когда вы его поймаете, сообщите мне пожалуйста, чтобы я впредь не боялась в одиночку возвращаться домой. Из институтской библиотеки, которая работает до восьми вечера, но пока проедешь через всю Москву, уже и темнеть начинает. А милиция вместо того, чтобы патрулировать район, в отделении прохлаждается. Кстати, сколько возвращаюсь поздно домой, ни разу не встречала в своем районе патрульную машину. Они хоть есть у нас, не знаете случайно?

— Да есть, конечно. В каждом районе есть. Просто вы не совпадаете по времени.

— Понятно… Честь мундира… — пробормотала девушка и сердито посмотрела на Бондарева. Но он сделал вид, что не расслышал ее.

— Кстати, а кто вам посоветовал приобрести газовый баллончик? — поинтересовался Бондарев, когда девушка встала и собралась уже выходить.

— У нас полгруппы с баллончиками ходит. А как же иначе? Видите, иногда помогает… Спасение утопающих — дело рук самих утопающих. Нас этому еще в школе учили на уроках ОБЖ.

Бондарев только покачал головой, не зная, что и ответить будущему юристу.

Когда она ушла, Бондарев перечитал подписанное Анной Слепцовой заявление и пошел к Щеткину.

— А вы были правы, Петр Ильич, когда говорили, что наш Крюгер может переключиться на девушек. Только что ушла от меня его первая жертва из молодого поколения.

— Слава Богу жива, раз своими ногами пришла. И, наверное, не слишком пострадала, коль не в больнице лежит. Что-нибудь новое сообщила?

— Новое то, что он в этот раз почему-то не воспользовался своим колющим оружием, а просто нанес ей сильный удар в лицо. Нос весь распух, под глазами фингалы. В темных очках теперь ходит. Стесняется. Да, зубы у него еще кривые.

— А ее зубы целы? — поинтересовался Щеткин.

— Не только целые, еще и острые, — мрачно пошутил Бондарев.

— Не понял? — удивился Щеткин.

— Не обращайте внимание, Петр Ильич. Это я так злобно шучу. Пострадавшая такая языкастая попалась, меня прямо пот прошиб. И откуда такие берутся? Где они этому учатся?

— Ой, Миша, не знаю. Иногда сам слышу, что они говорят — оторопь берет. Лучше бы в КВН участвовали, чем на людях в своем остроумии упражняться. Моя племянница тоже как сморозит что-то — не знаешь, как реагировать. И ведь бывает дико смешно, хотя и очень обидно. Ну да ладно. Шутки в сторону. Лучше расскажи, чем поживился Крюгер на этот раз?

— Ничем, — хмыкнул Бондарев. — Сорвал у нее с шеи цепочку. Но девушка боевая оказалась, из газового баллончика ему в глаза прыснула, у нее перцовый баллончик. Тот так и свалился с ног. Пока глаза протирал, она свою цепочку вырвала и деру. Заявила в районное отделение милиции, а они ее уже к нам переправили, раз уж мы ведем это дело.

— Видишь, какая молодец! Не только языком работает, еще и защитить себя сумела. И грабителя обезвредила. Может, возьмем ее к нам работать? Нам такие смелые нужны!

— Года через четыре, может, и придет. Она на юрфаке учится.

— А ты телефончик-то не забыл у нее взять? А то перехватят. Ценный кадр! — засмеялся Щеткин.

— Телефончик-то остался, как же, записала. Только общаться с ней у меня нет ни малейшего желания. Я таких острых на язык не люблю. Злые они… Мне больше нравятся добрые.

— Ладно, избавлю тебя от общения с этой будущей обвинительницей. Как обстоят дела со звонками населения? Есть хоть что-то толковое?

— Звонков, конечно, много. За волосатыми нынче настоящая охота. Фильтруем. Не позавидуешь теперь рокерам и всем прочим длинноволосым. Наши ребята выезжают на сигналы населения, но пока нет ничего, что могло бы навести на след…Да, кстати, Петр Илич, а что это за обэжэ? — спросил Бондарев уже в дверях.

— Что? — не сразу понял Щеткин…

— Да эта Слепцова упомянула какое-то обэжэ, они в школе изучали.

— А-а, — рассмеялся Щеткин. — ОБЖ — основы безопасности жизни. Сразу видно, что у тебя нет детей школьного возраста. Моя племянница мне иногда целые лекции читает после этих уроков. Например, про вред курения. Или реферат недавно писала про вред наркотиков. Пятерку получила.

— Полезное какое, оказывается, это ОБЖ! — одобрил Бондарев.

Когда Бондарев вышел, Щеткин задумался. Надо бы сегодня рассказать Зайке, как храбрая девушка сумела защитить себя при помощи баллончика. А то Зайка к подарку дяди отнеслась весьма скептически. Дескать, пока его вытащишь, тебя десять раз прихлопнуть успеют. Это смотря как вытаскивать — сказал он ей. Если рыться в сумочке, где куча лишнего, как у Зайки, то действительно грабитель ждать не будет. А если в опасные минуты держать баллончик наготове, то две секунды за глаза хватит. По уму — так даже опередить можно.

— Ну да, — скандальным голосом ответила Зайка, у которой характер портился в силу ее противного возраста, — ко мне, может, в кои веки мальчик знакомиться подойдет, а я ему в лицо из газового баллончика… На опережение. Вдруг он этот ваш Крюгер?

— Какие еще знакомства среди ночи на улице? — возмутился Щеткин. — Скажу твоей матери, чтобы выпорола тебя, дурь эту из головы выбила.

— Вам только бы пороть, — обиженно огрызнулась Зайка, на которую никто еще никогда не поднял руку, хотя она в этом очень нуждалась. Щеткин был уверен, что некоторые дети начинают понимать родителей только через попку.

— И вообще — чтобы домой являлась до того, как начинает смеркаться.

— Вот еще! — фыркнула Зайка. — Все мои подружки будут гулять, а мне домой с последними лучами солнца! Мама мне разрешает, мы с подружками по домам все одновременно расходимся.

— А я проведу профилактическую беседу еще и с твоей мамашей! — пригрозил племяннице Щеткин, досадуя, что девчонка с некоторых пор совсем отбилась от рук и он перестал быть для нее непререкаемым авторитетом. Сестрица его тоже хороша. После работы домой отнюдь не торопится. Завела роман с каким-то мужиком, теперь ее мысли только о нем. Влюбилась, как девчонка. Лучше бы воспитанием дочери занималась. Он вспомнил счастливое выражение лица сестры, когда она по секрету рассказывала ему, какое ей привалило счастье — наконец встретила мужчину своей мечты. Когда-то обожглась на отце своей дочери, тот сбежал от нее после рождения Зайки буквально через два месяца. Вдруг вспомнил, что терпеть не может, когда дети по ночам ревут. Она тогда сильно разочаровалась в мужчинах и дала себе клятву никому больше не верить. Но вот с годами душевная рана зарубцевалась, и когда встретила Михаила — доброго, отзывчивого, внимательного — одним словом, человека с полным набором положительных качеств, влюбилась в него и могла брату рассказывать о своем любимом взахлеб, будто никаких тем для разговоров больше и быть не могло. Ее просто распирало от любви. От Зайки пока тайная жизнь ее матери скрывалась, чтобы не травмировать юное создание. Мать очень боялась, что дочка запретит ей встречаться с чужим дядькой. Зайка считала, что мама должна принадлежать только ей, и не дай бог на улице кто-нибудь из мужчин обращал на мать внимание, она тут же ее выговаривала, упрекая в том, что маманя строит чужим дядькам глазки. Щеткин, зная свою сестру, был уверен, что этого и близко не было. И Зайкин эгоизм его одновременно и смешил, и раздражал. А сестра начинала смущаться и оправдываться. Как жаль, что Щеткин не отец Зайки. Уж он бы ей задал… Как же трудно теперь воспитывать детей, — думал Щеткин. Вот так тратишь на них свои годы и силы, а в результате вырастает чудовище вроде Крюгера. А ведь и у него, наверное, есть мать, которая и не помышляет, чем занимается ее сын.


8262238350571006.html
8262280064178444.html

8262238350571006.html
8262280064178444.html

8262238350571006.html
8262280064178444.html
    PR.RU™